"Я преклоняюсь перед нашими бабушками!"

С тем, что мама – самый родной и любимый на свете человек, никто спорить не будет. Начинаем осознавать этот факт мы довольно рано. И о своих чувствах к ней говорим хотя бы раз в год –  в день ее рождения. И это ощущение единства с женщиной, давшей нам жизнь, чувство безоговорочной и неоспоримой любви к ней мы проносим через всю жизнь. Мы благодарно принимаем все то светлое и доброе, что дает нам мама… И это не обсуждается – никем. Это тот святой закон жизни, который, по счастью, еще никому не удалось переписать.

Но сегодня хочется говорить о другом, вернее, о других ласковых и не менее надежных руках –  мягких, но уверенных, теплых, любящих, поддерживающих и надежных. Я преклоняюсь перед нашими бабушками! Перед их безграничной любовью, которая незаметно и совершенно безболезненно для детей разливается и накрывает пушистой пеленой теплого домашнего уюта  внуков и правнуков.

Эта любовь во сто крат сильнее любви к  собственным детям. Ею дышат теплые бабушкины пирожки. Ее мы чувствуем, лакомясь бабушкиным вареньем. Ее мы слышим в заботливых наставлениях и временами раздражающих нас напоминаниях надеть теплые носки…

Ее любовь читается в каждом движении, в каждом слове, в каждой морщинке. Она живет жизнью детей и внуков, радуется их достижениям, переживает из-за их неудач. Она не спит по ночам, зная, что у Сашеньки режутся зубки, у Томочки с вечера поднялась температура, а у Женечки завтра экзамен…

Она отдает, не требуя ничего взамен. Она помогает, не ожидая благодарности. Она просто любит. Горячо и самоотверженно. Поэтому вещи, связанные ее руками, – самые теплые и самые мягкие. Поэтому блюда, приготовленные ею для близких, самые вкусные. Поэтому ее сказки самые интересные, а советы – самые мудрые.

Мой сын с удовольствием бывает у бабушки. И несмотря на то что она очень устает на работе и мечтает только об одном – отдохнуть, она всегда с радостью общается с внуком, кормит его, развлекает, позволяя то, что дома ребенку запрещено. Но это не потому, что она «пытается подорвать всю систему семейного воспитания», как  я пытаюсь временами ее увещевать, – просто она знает, сердцем чувствует, что ему можно и что его «не испортит».

Я неимоверно рада, что успела  на себе испытать щемящую любовь обеих своих бабушек, почувствовать прикосновение их натруженных, но таких ласковых рук, увидеть в их умных и добрых глазах эту безграничную любовь ко мне, своей внучке, –  любовь, которая, как бы это странно ни звучало, отличается от любви к детям своей силой и безграничностью. Жалею только о том, что, в силу своего возраста, а может, нежелания и непонимания, не думала о том,  как недолговечна может оказаться эта благодать – бабушкина любовь. Жалею, что не успела сказать, как сильно я их люблю и как благодарна им за моего сына, за меня, за моих родителей…

Поэтому, дорогие Федоровны, Ивановны, Григорьевны, Никифоровны, спасибо вам за все и за всех – за детей, за внуков, за правнуков… За меня.