Осень – это не повод грустить

2
%d0%be%d1%81%d0%b5%d0%bd%d1%8c-%d0%ba%d0%b0%d1%80%d1%82%d0%b8%d0%bd%d0%ba%d0%b0Между нами, Евочками: вы заметили, как мягкой кошачьей походкой, присыпая потемневшую от времени и пыли листву золотисто-бордовой краской, в привычную жизнь города прокралась осень? Живой, по-летнему теплый ветерок, весело приподнимая полы короткого платья, навевал романтические чувства: хотелось, воспарив высоко в голубые небеса, проплыть над землей, готовой встретить короткие, обернутые в сизовато-блестящую после моросящего дождя паутину бабьего лета, осенние дни…

Но это ощущение приподнятости духа и счастья от скорой встречи с давно ставшей привычной и в то же время всегда новой и разной осенью продлилось недолго. Два-три сырых вечера темной пеленой накрыли  незаконченные дела – и промозглый ветер, срывающий с еще кудрявых деревьев первые бледно-желтые листья, которые, как обиженные дети, жесткой рукой строгого родителя брошенные в холодный омут страшной неизвестности, быстро и  возмущенно крутились под ногами. Они будто нарочно старались поставить подножку прохожим, спешащим по своим делам, – и женщины, сменив яркие и легкие платья на жакеты и кардиганы, расстроились: пришло время понять, что снова, как это было год-два-три тому назад, надеть нечего.

Вечная проблема женского бытия: шкаф ломится от вещей – только не тех: на полках в творческом беспорядке нагло топорщатся шорты, майки и пляжные платья – а где-то там, за летними «завалами» тихонько  лежат, готовясь «переезжать» поближе к дверцам –  по сезону, –зимние свитера, шерстяные брюки, джинсы «на байке» и вязаные шарфы с шапками…

А еще так не хочется прятать от восхищенных мужских глаз загорелую спину, запаковывать свое легкое, успевшее полюбить свободу движений тело в четкие, строгие линии теплой одежды.

Как нежный цветок, попавший под леденящие струи морозного ветра, женщина начинает увядать на глазах, заворачиваясь в длинный плащ и кутаясь в теплую шаль. Ее длинные ножки, страдая от холода, перебираются из легких воздушных юбок-колокольчиков, карандашей и мини в облегающие, окутывающие мягкостью брючки. Красивые глаза, все лето широко раскрытые навстречу солнцу, прикрываются пеленой печали и грусти и, оплакивая последние минуты, когда могли отразить в себе всю красоту окружающего мира, щурясь от колючего ветра, пускают прозрачные слезинки…

С приходом осени женщине кажется, что она «поплохела» – стала менее красивой, яркой, свободной и счастливой. И вряд ли она услышит слова великого Пушкина, который больше всех любил именно эту пору года – за непередаваемую яркость красок, завершенность, плодовитость и зрелость…

Как доказать неизменно шикарной женщине, что настоящая красота остается с ней, даже если проявляется по-разному? Она всегда рядом – и не только в мини-бикини на берегу шумящего волнами моря или в высоких каблучках блестящих босоножек, но и в теплых сапожках, вязаных варежках, красных от мороза щечках и  немного растрепанной под шапочкой прическе. Красота всегда рядом с нами – даже зимой.

…А на днях у меня после очередной «минусовой» ночи роскошными цветами зацвел декабрист!

Ирина Счастливая.