О формировании пункта пропуска «Гудогай» рассказывает его бывший начальник Олег Волынец

08:14 / 15.01.2023
1260

232.jpg

14 февраля пункту пропуска «Гудогай», который размещается на одноимённой железнодорожной станции, исполнится 30 лет.
О создании пункта пропуска и службе в органах пограничной службы поговорили с бывшим начальником этого отделения, а также бывшим начальником управления пограничного контроля Сморгонской пограничной группы Олегом Волынцом.

127.jpg


О судьбе военного
Всё, что произошло в жизни полковника Олега Волынца, он связывает с судьбой.
– Я родился в семье военнослужащего. Нам довелось поколесить по бывшему Советскому Союзу и зарубежью, – рассказывает мужчина. – Отец в разные годы служил в автомобильных и танковых войсках. Мне очень нравилась его профессия. Папа часто брал меня с собой, я крутился с солдатами на перекладине, проводил с ними время в казарме, обожал военное обмундирование и дисциплину – так сформировалось желание продолжить отцовское дело.
– В 1 класс пошёл в Германии, во 2-м учился в Узбекистане, 3-й закончил в Беларуси в СШ №1 Сморгони, а в 4-й пошёл уже в Залесскую среднюю школу, – улыбается Олег Анатольевич. – Переезды вспоминаю с теплотой – у меня было много друзей, с некоторыми долгое время поддерживал отношения.
Парень мечтал поступить в военное училище – и мечту свою исполнил. Выбор сделал в пользу Харьковского высшего военного авиационного инженерного Краснознамённого училища.
– Дисциплина и порядок были в любом военном училище. Уют мы создавали сами. А что касается подготовки военных кадров, то в Советском Союзе она велась на высшем уровне, – рассказывает Олег Волынец. – Некоторым было сложно: учебные предметы плюс военная специфика – те, кто не был подготовлен в физическом плане, уходили. У меня и с учёбой, и с физкультурой всё было хорошо. 
Через пять лет Олег получил дип­лом инженера-механика и по распределению отправился в Прибалтийский военный округ в м.Паплака недалеко от Лиепая – молодого лейтенанта назначили начальником технико-эксплуатационной части звена лётного полка.
– Но через некоторое время руководство сообщило о расформировании полка, нам предложили поискать новое место службы, – вспоминает Олег Волынец. – Я поехал в Беларусь – по телевизору услышал, что всех белорусских офицеров готовы принять на Родине.
Но в первые дни мужчину ждало разочарование: в специалистах авиационного дела ни в одной час­ти не нуждались.
– Домой приехал расстроенный. Отец подсказал, что в Сморгони формируют пограничную часть, – отправился за счастьем в Девятни, – говорит мужчина. 
На собеседовании полковник кадровой службы пообещал, что документы рассмотрят, но надежды на благоприятный исход в его голосе молодой офицер не услышал. Тогда Волынец отправился в Госпогранкомитет – и вышел оттуда с направлением на перераспределение в Сморгонскую пограничную часть. 
– Мне предложили должность в пункте пропуска. Что это такое, я понятия не имел, но был согласен на всё, – вспоминает Олег Волынец. – Назвали «Лошу», «Каменный лог» и «Гудогай-1». О двух первых практически ничего не слышал, а вот через Гудогай не раз приходилось ездить на поезде. Так в начале 1993-го меня из армии Советского Союза перевели в Пограничные войска Республики Беларусь.

«Чистые» пограничники
– Первый день в части – пришёл сюда я в январе 1993-го – помню до мельчайших подробностей. На КПП отправили на второй этаж административного здания, объяснив, что там собираются все офицеры пограничного контроля. Прихожу, в небольшом помещении много военнослужащих – практически все из разных родов войск, хоть часть и считалась пограничной, – рассказывает Олег Анатольевич.
– В Советском Союзе Пограничные войска считались щитом Родины, так как всегда находились на передовой. И у нас в час­ти были «чистые» пограничники – благодаря им всё и закрутилось, стало развиваться, – улыбается офицер. – Пограничное братство – не пустые слова, а отношения, поддержка друг друга – и это дорогого стоит.
С благодарностью Олег Волынец вспоминает своего наставника – заместителя командира Сморгонской пограничной части Василия Луцкевича.
– В начале нас перекидывали на разные пункты пропуска: одну смену несли службу  на «Лоше», вторую – на «Котловке», третью – на «Гудогай», – рассказывает офицер. – Начальником отделения в то время на «Гудогае» был Анатолий Петрович Лаппо – сегодняшний председатель Госпогранкомитета, заместителем – Валерий Вашкевич, начальниками смен – Владимир Шкуратов, Александр Довгаль и я.
В феврале 1993-го Олега Волынца на три месяца отправили постигать азы пограничной службы в Институт национальной безо­пасности. В мае началась служба в пункте пропуска.
– «Гудогай» был международным железнодорожным пунктом пропуска – мы располагались на станции. У меня до сих пор, когда через него проезжаю, сердце ёкает, – улыбается мужчина. – Многие наши проблемы помогали решать именно работники станции. Начальником был Михаил Андрушкевич. Благодаря ему сделали прямой телефон между нашим старшим смены и дежурным по станции – тогда на этой должности были Игорь Селивон и Валентина Бенахомская, – что помогало оперативно решать различные вопросы. А ведь для железной дороги это была дополнительная нагрузка.

К слову, в то время пограничный наряд оформлял до 40 поездов в сутки – это около 8 000 человек.

53623.jpg

DSCN1076.jpg

DSCN1080.jpg

На контроле
– В начале 90-х не было разрешения на остановку поездов на станции. Оформляли по ходу движения: садились в Гудогае, ехали до Сморгони, если не успевали – до Молодечно. Затем пересаживались на поезд в сторону Гудогая – и опять за работу, – вспоминает полковник.
Специфика движения поездов по станции была особенной: практически все они шли ночью, поэтому утром пограничники мечтали хотя бы присесть. Ответственность огромная. Во-первых, всё необходимо сделать правильно, в соответствии с законом, во-вторых, важно всех оформить и не пропустить нарушителя. Тем более, основная часть контролёров в то время ещё не была «чистыми» пограничниками, большинство ранее служили в других войсках – каждое несение службы было и учёбой, и дежурством. 
– «Гудогай-1» – своеобразное отделение. Дислоцировались мы в Островецком районе, но основная часть военнослужащих жила в Сморгони – им проще добираться, хотя служили и островецкие, и ошмянские ребята, – вспоминает Олег Волынец.
Где-то с 1996 года поезда стали оформлять на станции. Стоян­ку продлили до 40 минут – за это время смене приходилось проверить до 800 человек.
– Это была очень динамичная работа. Нашим контролёрам за их труд можно поклониться до земли. Они должны были знать множество документов, ведь в поездах ехали граждане разных стран. Оценить паспорт, его соответствие образцам, проверить по спискам – и принять решение о пропуске пассажира. Каждый брал на себя колоссальную ответственность, – считает полковник Волынец.
Военнослужащим помогали постигать особенности профессии «чистые» пограничники: Анатолий Лаппо, Василий Вашкевич, Александр Соловьёв, Василий Кокоренко, который в то время был комендантом, но час­то приезжал на пункт пропуска.
– Благодаря им мы учились пограничному делу и успешно выполняли поставленные задачи, – говорит Олег Анатольевич. – И это всех сплачивало.
Начальником смены «Гудогай-1» Олег Волынец прослужил до 1999 года. Затем ему предложили должность первого заместителя начальника отделения пограничного контроля «Каменный лог». 
– Технология оформления автомобильного транспорта совершенно другая. Прослужил  там около года. А в 2000-м предложили возглавить «Гудогай-1». И я с радостью вернулся на этот пункт пропуска, – улыбается пограничник.
За это время поменялся офицерский состав: первым замес­тителем начальника отделения стал Иван Санюк, заместителем по идеологической работе – Александр Лопатин, заместителем по оперативной работе Максим Багреев – с таким кос­тяком Олегу Волынцу довелось организовывать службу. Коллектив был очень сплочённым и дружным. 
– Мне очень повезло служить бок о бок с такими офицерами, – говорит полковник.
Постепенно совершенствовалась и приходила на службу пограничникам новая техника.
– Первоначально контролёры носили ящички – мы их называли шарманками. В них хранился номерной датировщик, необходимые для службы документы. Позже им на смену пришли МАРМы – так называемое мобильное автоматизированное рабочее место. Появились инженеры КСА (комплекса средств автоматизации) – они значительно упростили и ускорили нашу работу, – вспоминает Олег Анатольевич. – Основной упор в пунктах пропуска делался на работу контролёров. МАРМы для проверки документов очень помогли: делать это стало быстрее и оперативнее. 
– Огромных слов благодарности заслуживают инженеры КСА Александр Скрипник и Олег Врублевский – всё программное обеспечение было за ними. Им надо было вовремя, на каждого контролёра, на каждый поезд проверить оборудование, синхронизировать программы. Специалистов немного – на всю смену один человек, но они отлично справлялись, – продолжает пограничник.
Когда в 2000-м Олег Волынец вернулся в Гудогай начальником отделения, пункт пропуска всё ещё размещался по временной схеме. Проблемы тогда существовали во всех отраслях, финансирование было небольшим. 
– Быт обустраивали сами – хотелось, чтобы место, где мы учились, служили, отдыхали в перерывах, было уютным. Многое по созданию хороших условий делали старшины Иван Сидоревич и Олег Гродь. Иван Казимирович своими руками смастерил мебель для кухни. Мы сами построили крышу над вагончиком – он был не новым и протекал; сделали и утеплили фундамент – стало теплее; обшили потолки и стены – добавился уют; на территории поставили беседку – в ней летом можно было передохнуть между поездами, обсудить какие-то рабочие вопросы. А ещё у нас был местный пёс по кличке Валет – верный помощник, он подавал голос, когда приходил поезд, провожал нас на перрон и встречал с проверки документов, преданно охранял нашу территорию, – улыбается мужчина. 
За годы службы Олега Волынца было много задержаний. Одно из них начальник помнит и сегодня.
– В начале 2000-х наш досмот­ровик Андрей Садовский в поезде Москва – Калининград обнаружил 3 килограмма героина. Это был резонансный случай: во-первых, очень много, во-вторых, задержание проходило не по оперативной информации, как часто бывало, – вспоминает Олег Волынец. – И произошло это благодаря пограничному чутью нашего контролёра.

9895.jpg

56532.jpg

До 2008 года Олег Волынец прослужил начальником отделения пограничного контроля «Гудогай-1». За это время закончил Академию ФСБ Российской Федерации. Затем стал начальником отделения «Котловка», а через полгода – начальником отдела пограничного контроля Сморгонского погранотряда. Пришлось послужить в Лидском пограничном отряде и Гродненской пограничной группе и и вновь вернуться в Сморгонь – отсюда в 2015 году он с должности начальника управления пограничного контроля ушёл на пенсию.
В семье Волынец, к слову, не один военный. Жена Олега тоже служила, по стопам отца пошёл и сын – окончил Голицинский погранинститут и служит в Сморгонской пограничной группе. И Олег Анатольевич гордится, что семейная династия продолжается.

Первые начальники отделения пограничного контроля «Гудогай-1»:
Анатолий Лаппо – 1993 – 1994; 
Валерий Вашкевич – 1994 – 1997; 
Александр Пушкарёв – 1997 – 2000;
Олег Волынец – 2000-2008.

Первые контролёры: 
Александр Казмирчук, Славомир Старук, Владимир Гиль, Олег Рапацевич, Оксана Лаппо, Ольга Супрон, Ирина Кокоренко, Александр Казакевич, Виктор Камчицкий, Андрей Михно, Сергей Костюченко, Александр Савостов, Андрей Подбярозка, Валентина Ермалович.

– Много можно говорить об этом пункте пропуска и людях, которые здесь служили. Каждый из них оставил здесь что-то своё, но все делали одно общее дело – и выполняли его ответственно и качественно. Рад, что судьба связала меня с органами пограничной службы. И годы службы на «Гудогай-1», люди, с которыми бок о бок выполняли задачи государст­венной важности, очень дороги мне.

Олег Волынец, начальник управления пограничного контроля Сморгонской погрангруппы в 2008-10, 2013-15-х годах.

Фото из архива О. Волынца.


Текст: Елена Ярошевич
Оставить комментарий
Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений